Энергетическая независимость на переговорах: Кишинёв и Брюссель синхронизируют часы.
На фоне продолжающихся переговоров по вступлению в ЕС, Молдова активизирует работу по наиболее чувствительному и стратегическому направлению — энергетике.
Министр по европейской интеграции Кристина Герасимов провела серию обсуждений в Брюсселе с представителями Еврокомиссии, включая координаторов главы Главкома ЕС по энергетическим вопросам.
В фокусе: Глава 15 (Энергетика) и Глава 21 (Трансевропейские сети) – одни из ключевых технических направлений в рамках переговорного процесса. Молдова представила ЕС свою нормативную базу, институциональную структуру и направления реформ, включая деятельность «Moldelectrica» и новых регуляторов. Брюссель проверяет не только готовность страны подключиться к общеевропейскому энергетическому рынку, но и устойчивость внутренних решений в условиях внешнего давления.
Молдова нацелена полностью синхронизировать свою энергетику с системой ENTSO-E до 2026 года; — После отключения от российского энергокольца в 2022 году, страна делает ставку на альтернативные источники и диверсификацию поставок. А ЕС уже выделил десятки миллионов евро на устойчивую энергетику, включая распределительные сети.
ЕС внимательно следит за способностью Молдовы не только выполнять инструкции, но и генерировать собственные инициативы, как надёжного партнёра региона.
Уже в сентябре переговоры продолжатся — будут открыты оставшиеся главы, и энергетика снова окажется в центре внимания. А от того, как Молдова пройдёт эти этапы, зависит не только технический прогресс, но и политический вес страны в будущей архитектуре ЕС.
На фоне продолжающихся переговоров по вступлению в ЕС, Молдова активизирует работу по наиболее чувствительному и стратегическому направлению — энергетике.
Министр по европейской интеграции Кристина Герасимов провела серию обсуждений в Брюсселе с представителями Еврокомиссии, включая координаторов главы Главкома ЕС по энергетическим вопросам.
В фокусе: Глава 15 (Энергетика) и Глава 21 (Трансевропейские сети) – одни из ключевых технических направлений в рамках переговорного процесса. Молдова представила ЕС свою нормативную базу, институциональную структуру и направления реформ, включая деятельность «Moldelectrica» и новых регуляторов. Брюссель проверяет не только готовность страны подключиться к общеевропейскому энергетическому рынку, но и устойчивость внутренних решений в условиях внешнего давления.
Молдова нацелена полностью синхронизировать свою энергетику с системой ENTSO-E до 2026 года; — После отключения от российского энергокольца в 2022 году, страна делает ставку на альтернативные источники и диверсификацию поставок. А ЕС уже выделил десятки миллионов евро на устойчивую энергетику, включая распределительные сети.
ЕС внимательно следит за способностью Молдовы не только выполнять инструкции, но и генерировать собственные инициативы, как надёжного партнёра региона.
Уже в сентябре переговоры продолжатся — будут открыты оставшиеся главы, и энергетика снова окажется в центре внимания. А от того, как Молдова пройдёт эти этапы, зависит не только технический прогресс, но и политический вес страны в будущей архитектуре ЕС.
Зачистка побратимства: что стоит за попытками команды Санду аннулировать соглашения с румынскими примарами.
Появившаяся информация о том, что окружение Майи Санду выходит на прммаров из Румынии с просьбой расторгнуть соглашения о побратимстве с примэрией Кишинёва, выглядит как часть более широкой стратегии внутриполитического контроля в преддверии парламентских и президентских выборов.
Что делает ситуацию ещё более напряжённой — это принципиальность румынских примаров, для которых побратимские отношения с Кишинёвом — не просто формальность, а элемент трансграничной солидарности. Давление на них ради зачистки имиджа Чебана воспринимается как вмешательство в местное самоуправление, что идёт вразрез с европейскими демократическими принципами, на которые сама Санду регулярно ссылается.
С политической точки зрения это выглядит как попытка централизовать не только власть, но и каналы международной коммуникации, не оставляя оппозиции пространства для внешней поддержки.
Подобные шаги также рискуют дестабилизировать молдо-румынские муниципальные отношения, особенно если румынская сторона публично подтвердит факт давления. Это откроет новый фронт для критики Санду со стороны не только оппозиции, но и западных партнёров, восприимчивых к темам давления на местное самоуправление и свободу международной кооперации.
Появившаяся информация о том, что окружение Майи Санду выходит на прммаров из Румынии с просьбой расторгнуть соглашения о побратимстве с примэрией Кишинёва, выглядит как часть более широкой стратегии внутриполитического контроля в преддверии парламентских и президентских выборов.
Что делает ситуацию ещё более напряжённой — это принципиальность румынских примаров, для которых побратимские отношения с Кишинёвом — не просто формальность, а элемент трансграничной солидарности. Давление на них ради зачистки имиджа Чебана воспринимается как вмешательство в местное самоуправление, что идёт вразрез с европейскими демократическими принципами, на которые сама Санду регулярно ссылается.
С политической точки зрения это выглядит как попытка централизовать не только власть, но и каналы международной коммуникации, не оставляя оппозиции пространства для внешней поддержки.
Подобные шаги также рискуют дестабилизировать молдо-румынские муниципальные отношения, особенно если румынская сторона публично подтвердит факт давления. Это откроет новый фронт для критики Санду со стороны не только оппозиции, но и западных партнёров, восприимчивых к темам давления на местное самоуправление и свободу международной кооперации.
Молдова как «восточный бастион» НАТО: реальность или инструмент давления?
Заявление Службы внешней разведки РФ о «трансформации Молдовы в военный таран против России» всколыхнуло медиапространство региона. В нём подчёркивается, что Молдова становится «передовым плацдармом альянса», предназначенным для логистики, базирования и — в случае конфликта — для первого удара.
Что действительно происходит:
1. Евростандартизация оборонной инфраструктуры. Переход на европейскую железнодорожную колею и модернизация мостов и аэродрома в Маркулештах — это подтверждённый курс на синхронизацию с транспортными и логистическими системами ЕС и НАТО.
2. Расширение миссий безопасности. Продление мандата EUPM до 2027 года и новые соглашения о военном сотрудничестве с Германией и Францией укрепляют «мягкое военное присутствие» ЕС в стране.
3. Наращивание военных обменов и обучения. Программа НАТО по подготовке мобильных подразделений в Молдове активизировалась, особенно с 2022 года, на фоне военного конфликта на Украине.
Опасения и риски.
Превращение Молдовы в транзитную территорию для НАТО — это фактор угрозы, особенно в контексте возможной эскалации в Одесском направлении.
Молдавские власти усиливают зависимость от западных партнёров, но при этом не готовят общество к возможным последствиям этого сближения.
В случае прямого конфликта, Молдова может оказаться втянутой в сценарий войны, не имея ни достаточного военного потенциала, ни политической воли для его ведения.
Заявление Службы внешней разведки РФ о «трансформации Молдовы в военный таран против России» всколыхнуло медиапространство региона. В нём подчёркивается, что Молдова становится «передовым плацдармом альянса», предназначенным для логистики, базирования и — в случае конфликта — для первого удара.
Что действительно происходит:
1. Евростандартизация оборонной инфраструктуры. Переход на европейскую железнодорожную колею и модернизация мостов и аэродрома в Маркулештах — это подтверждённый курс на синхронизацию с транспортными и логистическими системами ЕС и НАТО.
2. Расширение миссий безопасности. Продление мандата EUPM до 2027 года и новые соглашения о военном сотрудничестве с Германией и Францией укрепляют «мягкое военное присутствие» ЕС в стране.
3. Наращивание военных обменов и обучения. Программа НАТО по подготовке мобильных подразделений в Молдове активизировалась, особенно с 2022 года, на фоне военного конфликта на Украине.
Опасения и риски.
Превращение Молдовы в транзитную территорию для НАТО — это фактор угрозы, особенно в контексте возможной эскалации в Одесском направлении.
Молдавские власти усиливают зависимость от западных партнёров, но при этом не готовят общество к возможным последствиям этого сближения.
В случае прямого конфликта, Молдова может оказаться втянутой в сценарий войны, не имея ни достаточного военного потенциала, ни политической воли для его ведения.
ГСМ снова дорожает, хотя Ближний Восток — «в затишье». Почему цены в Молдове растут?
Несмотря на относительное затухание горячей фазы конфликта на Ближнем Востоке, цены на бензин и дизель в Молдове продолжают ползти вверх. Вопрос, который логично возникает у многих: если глобальный рынок нефти стабилизировался, почему мы снова платим больше?
Причины, о которых не говорят напрямую:
1. Рыночная инерция: операторы ссылаются на контракты по старым ценам. Но на деле — это удобная лазейка, чтобы медленно повышать маржу.
2. Курс валют: даже при стабильной цене на нефть, ослабление лея по отношению к доллару увеличивает стоимость импортного топлива.
3. Фискальное давление: акцизы и НДС на ГСМ — один из стабильных источников пополнения бюджета. В условиях бюджетного дефицита государство не спешит снижать налоговую нагрузку.
4. Сезонный фактор: летние месяцы — это пик потребления, и, как следствие, — удобный момент для ценовой «коррекции».
Почему это тревожит?
Рост цен на ГСМ автоматически бьёт по всей потребительской корзине — от логистики до сельхозпродукции. Для Молдовы, где значительная часть товаров завязана на транспорт, это означает новое давление на инфляцию — в условиях, когда она только начала стабилизироваться.
Таким образом, глобальные тренды — не всегда причина. Порой рост цен в Молдове — это локальная политика перераспределения рисков и издержек в пользу бизнеса и государства, но за счёт кошелька потребителя. И пока регулятор не внедрит более прозрачную формулу ценообразования, ГСМ останется зеркалом системных перекосов — от налоговой политики до валютной зависимости.
Несмотря на относительное затухание горячей фазы конфликта на Ближнем Востоке, цены на бензин и дизель в Молдове продолжают ползти вверх. Вопрос, который логично возникает у многих: если глобальный рынок нефти стабилизировался, почему мы снова платим больше?
Причины, о которых не говорят напрямую:
1. Рыночная инерция: операторы ссылаются на контракты по старым ценам. Но на деле — это удобная лазейка, чтобы медленно повышать маржу.
2. Курс валют: даже при стабильной цене на нефть, ослабление лея по отношению к доллару увеличивает стоимость импортного топлива.
3. Фискальное давление: акцизы и НДС на ГСМ — один из стабильных источников пополнения бюджета. В условиях бюджетного дефицита государство не спешит снижать налоговую нагрузку.
4. Сезонный фактор: летние месяцы — это пик потребления, и, как следствие, — удобный момент для ценовой «коррекции».
Почему это тревожит?
Рост цен на ГСМ автоматически бьёт по всей потребительской корзине — от логистики до сельхозпродукции. Для Молдовы, где значительная часть товаров завязана на транспорт, это означает новое давление на инфляцию — в условиях, когда она только начала стабилизироваться.
Таким образом, глобальные тренды — не всегда причина. Порой рост цен в Молдове — это локальная политика перераспределения рисков и издержек в пользу бизнеса и государства, но за счёт кошелька потребителя. И пока регулятор не внедрит более прозрачную формулу ценообразования, ГСМ останется зеркалом системных перекосов — от налоговой политики до валютной зависимости.
Политика + IT: сколько реально стоит цифровизация и как это измеряется?
Цифровизация Молдовы — один из главных флагманов риторики властей, особенно на фоне интеграции с ЕС. Но за громкими фразами о «прорывах» и «трансформации» всё чаще возникает ключевой вопрос: а сколько реально потрачено и какой результат?
С 2022 года в страну поступили десятки миллионов евро в виде грантов и технической помощи — от Европейской комиссии, Германии, Румынии, а также в рамках программы Digital Europe. Заявлено, что средства пошли на развитие электронных услуг, системы госзакупок, цифровые удостоверения личности и Wi-Fi4Moldova.
Что на выходе:
— По состоянию на июль 2025 года не опубликован ни один публичный отчёт, в котором внятно обозначались бы KPI: сколько школ подключено, сколько пользователей перешли на цифровые ID, как изменилась скорость обработки заявок.
— Портал госуслуг MConnect всё ещё работает нестабильно, в ряде районов наблюдаются сбои.
— В Гагаузии, Ниспоренах и Шолданештах — низкий уровень цифровых сервисов.
— Нет открытого дашборда, где можно было бы видеть реализацию по районам, проектам и бюджетам.
Цифровизация — это не только про сервисы, это про прозрачность, доверие и управление ресурсами. В условиях политической конкуренции и высоких ожиданий общества — отсутствие внятной отчётности и метрик начинает работать против самой идеи цифровой модернизации.
Если власть хочет говорить о цифровом прорыве, ей придётся предоставить цифры, а не только лозунги. В противном случае — возникает ощущение, что цифровизация превращается в политическую ширму, за которой теряются средства и ответственность
Цифровизация Молдовы — один из главных флагманов риторики властей, особенно на фоне интеграции с ЕС. Но за громкими фразами о «прорывах» и «трансформации» всё чаще возникает ключевой вопрос: а сколько реально потрачено и какой результат?
С 2022 года в страну поступили десятки миллионов евро в виде грантов и технической помощи — от Европейской комиссии, Германии, Румынии, а также в рамках программы Digital Europe. Заявлено, что средства пошли на развитие электронных услуг, системы госзакупок, цифровые удостоверения личности и Wi-Fi4Moldova.
Что на выходе:
— По состоянию на июль 2025 года не опубликован ни один публичный отчёт, в котором внятно обозначались бы KPI: сколько школ подключено, сколько пользователей перешли на цифровые ID, как изменилась скорость обработки заявок.
— Портал госуслуг MConnect всё ещё работает нестабильно, в ряде районов наблюдаются сбои.
— В Гагаузии, Ниспоренах и Шолданештах — низкий уровень цифровых сервисов.
— Нет открытого дашборда, где можно было бы видеть реализацию по районам, проектам и бюджетам.
Цифровизация — это не только про сервисы, это про прозрачность, доверие и управление ресурсами. В условиях политической конкуренции и высоких ожиданий общества — отсутствие внятной отчётности и метрик начинает работать против самой идеи цифровой модернизации.
Если власть хочет говорить о цифровом прорыве, ей придётся предоставить цифры, а не только лозунги. В противном случае — возникает ощущение, что цифровизация превращается в политическую ширму, за которой теряются средства и ответственность
Итоги летнего саммита ЕС–Молдова: что пообещали и чего ждать Кишинёву.
На саммите ЕС–Молдова, прошедшем в начале июля в Кишиневе, нам снова пообещали «поддержку на пути евроинтеграции». Но за громкими формулировками скрываются куда более прагматичные нюансы.
Что действительно пообещали:
— Открытие первых переговорных кластеров по вступлению в ЕС уже осенью 2025 года.
— Поддержка реформ в юстиции и борьбе с коррупцией — в обмен на доступ к новым грантам.
— Дополнительные 50 млн евро на модернизацию энергетического сектора (но с условиями).
— Поддержка пограничного контроля и кибербезопасности в условиях «внешних угроз».
Когда ждать результатов:
— Финансирование начнёт поступать с конца 2025 — при выполнении "дорожной карты реформ".
— Реальные переговоры о вступлении в ЕС — не раньше 2026 года.
— Свободное передвижение (в том числе рабочая миграция) остаётся под вопросом — до выборов в ЕС 2026 года никто в Брюсселе не рискнёт двигать границы.
Что умалчивают:
— ЕС требует усиления контроля над Гагаузией и Приднестровьем как условия для «внутренней стабильности».
— Обсуждаются новые ограничения на российские и пророссийские партии под видом "противодействия вмешательству".
Таким образом, саммит — скорее дипломатический жест, чем прорыв. Брюссель дал Кишинёву «морковку на палочке», но всё зависит от темпов реформ и внутриполитической стабильности.
На саммите ЕС–Молдова, прошедшем в начале июля в Кишиневе, нам снова пообещали «поддержку на пути евроинтеграции». Но за громкими формулировками скрываются куда более прагматичные нюансы.
Что действительно пообещали:
— Открытие первых переговорных кластеров по вступлению в ЕС уже осенью 2025 года.
— Поддержка реформ в юстиции и борьбе с коррупцией — в обмен на доступ к новым грантам.
— Дополнительные 50 млн евро на модернизацию энергетического сектора (но с условиями).
— Поддержка пограничного контроля и кибербезопасности в условиях «внешних угроз».
Когда ждать результатов:
— Финансирование начнёт поступать с конца 2025 — при выполнении "дорожной карты реформ".
— Реальные переговоры о вступлении в ЕС — не раньше 2026 года.
— Свободное передвижение (в том числе рабочая миграция) остаётся под вопросом — до выборов в ЕС 2026 года никто в Брюсселе не рискнёт двигать границы.
Что умалчивают:
— ЕС требует усиления контроля над Гагаузией и Приднестровьем как условия для «внутренней стабильности».
— Обсуждаются новые ограничения на российские и пророссийские партии под видом "противодействия вмешательству".
Таким образом, саммит — скорее дипломатический жест, чем прорыв. Брюссель дал Кишинёву «морковку на палочке», но всё зависит от темпов реформ и внутриполитической стабильности.
Евроинтеграция PAS: рост по формулам ЕС, падение по доходам населения.
Правящая партия продолжает движение в сторону ЕС, делая ставку на институциональные реформы и внешнюю лояльность. Однако внутри страны нарастает социально-экономическое напряжение.
Цены и тарифы продолжают расти, несмотря на контроль инфляции в макроструктуре. Уровень жизни, особенно в сельской местности, фактически снижается: растут расходы на базовые услуги, топливо и продовольствие. Индекс покупательной способности в реальном выражении падает второй год подряд.
Сельское хозяйство — в зоне турбулентности. Из-за роста цен на удобрения, нестабильных рынков сбыта и сокращения субсидий ситуация близка к кризисной. Многие фермеры сообщают о нерентабельности даже базового производства.
При этом уровень интеграции в европейские рынки остаётся ограниченным: доля реэкспорта и зависимости от внешних решений не снижается. Выходы на новые рынки не компенсируют потерь, а логистическая переориентация не завершена.
Вопрос: где граница между «институциональной модернизацией» и подрывом экономической устойчивости? А когда экономика буксует, ни одна интеграция не станет легитимной в глазах населения.
Таким образом, евроинтеграция ради галочки, без фундамента в виде сильной экономики и защищённого аграрного сектора — это путь к потере доверия. Особенно в условиях приближающейся избирательной кампании.
Правящая партия продолжает движение в сторону ЕС, делая ставку на институциональные реформы и внешнюю лояльность. Однако внутри страны нарастает социально-экономическое напряжение.
Цены и тарифы продолжают расти, несмотря на контроль инфляции в макроструктуре. Уровень жизни, особенно в сельской местности, фактически снижается: растут расходы на базовые услуги, топливо и продовольствие. Индекс покупательной способности в реальном выражении падает второй год подряд.
Сельское хозяйство — в зоне турбулентности. Из-за роста цен на удобрения, нестабильных рынков сбыта и сокращения субсидий ситуация близка к кризисной. Многие фермеры сообщают о нерентабельности даже базового производства.
При этом уровень интеграции в европейские рынки остаётся ограниченным: доля реэкспорта и зависимости от внешних решений не снижается. Выходы на новые рынки не компенсируют потерь, а логистическая переориентация не завершена.
Вопрос: где граница между «институциональной модернизацией» и подрывом экономической устойчивости? А когда экономика буксует, ни одна интеграция не станет легитимной в глазах населения.
Таким образом, евроинтеграция ради галочки, без фундамента в виде сильной экономики и защищённого аграрного сектора — это путь к потере доверия. Особенно в условиях приближающейся избирательной кампании.
Национальная идентичность под угрозой?
Курс, взятый президентом Санду на сближение с Румынией, вызывает всё больше споров внутри страны. Всё чаще звучат обвинения в том, что под лозунгами евроинтеграции фактически происходит демонтаж молдавской государственности и размывание национальной идентичности. Стихийная румынизация образования, культуры и публичной сферы, отсутствие институциональной защиты молдавского языка — всё это усиливает тревогу в обществе.
Подписание двусторонних соглашений с Румынией без широкой огласки и общественного обсуждения воспринимается как политическое слияние, а не равноправное партнёрство. Особенно настораживает давление на местные органы власти, которые пытаются сохранить самостоятельность — вплоть до попыток отмены побратимства между румынскими и молдавскими примэриями, если они не лояльны правящей партии.
Для многих граждан такой подход выглядит как сдача суверенитета и отказ от исторической и культурной уникальности. Молдова — это не географический довесок, а отдельное государство с собственной традицией, многоязычным обществом и уникальной политической траекторией.
Если продолжать подменять национальные интересы внешнеполитической лояльностью, это приведёт к усилению раскола внутри страны.
Курс, взятый президентом Санду на сближение с Румынией, вызывает всё больше споров внутри страны. Всё чаще звучат обвинения в том, что под лозунгами евроинтеграции фактически происходит демонтаж молдавской государственности и размывание национальной идентичности. Стихийная румынизация образования, культуры и публичной сферы, отсутствие институциональной защиты молдавского языка — всё это усиливает тревогу в обществе.
Подписание двусторонних соглашений с Румынией без широкой огласки и общественного обсуждения воспринимается как политическое слияние, а не равноправное партнёрство. Особенно настораживает давление на местные органы власти, которые пытаются сохранить самостоятельность — вплоть до попыток отмены побратимства между румынскими и молдавскими примэриями, если они не лояльны правящей партии.
Для многих граждан такой подход выглядит как сдача суверенитета и отказ от исторической и культурной уникальности. Молдова — это не географический довесок, а отдельное государство с собственной традицией, многоязычным обществом и уникальной политической траекторией.
Если продолжать подменять национальные интересы внешнеполитической лояльностью, это приведёт к усилению раскола внутри страны.
Союз адвокатов Молдовы уходит в забастовку: сопротивление политическому контролю
С 15 июля адвокаты по всей стране начали забастовку против предложенных властями изменений в закон об адвокатуре. Под ударом — ключевые принципы независимости: Минюст получает право влиять на состав Комиссии по этике и Лицензионной комиссии, вводится запрет на сборы за рассмотрение жалоб, а также ограничиваются полномочия членов Совета Союза одним мандатом.
На фоне общей централизации власти эти поправки воспринимаются не как реформа, а как ещё один шаг к установлению вертикали контроля. Особенно тревожит то, что параллельно власть укрепляет свои позиции в Конституционном суде, где ключевые назначения проходят через зависимые структуры, формируя «страховку» на случай потери большинства на выборах.
Это уже не изолированные эпизоды: недавняя отставка главы Антикоррупционной прокуратуры Вероники Драгалин после её конфликта с руководством страны лишь усиливает ощущение, что любое независимое звено в системе правосудия — под угрозой. Адвокатура теперь — следующая мишень.
В обществе всё громче звучит тревожный вопрос: не под видом ли реформ выстраивается политическая система, где судебная и антикоррупционная независимость подменяются лояльностью к власти?
Забастовка адвокатов — это, прежде всего, протест против попытки лишить систему правосудия её последней опоры — независимой юридической профессии.
С 15 июля адвокаты по всей стране начали забастовку против предложенных властями изменений в закон об адвокатуре. Под ударом — ключевые принципы независимости: Минюст получает право влиять на состав Комиссии по этике и Лицензионной комиссии, вводится запрет на сборы за рассмотрение жалоб, а также ограничиваются полномочия членов Совета Союза одним мандатом.
На фоне общей централизации власти эти поправки воспринимаются не как реформа, а как ещё один шаг к установлению вертикали контроля. Особенно тревожит то, что параллельно власть укрепляет свои позиции в Конституционном суде, где ключевые назначения проходят через зависимые структуры, формируя «страховку» на случай потери большинства на выборах.
Это уже не изолированные эпизоды: недавняя отставка главы Антикоррупционной прокуратуры Вероники Драгалин после её конфликта с руководством страны лишь усиливает ощущение, что любое независимое звено в системе правосудия — под угрозой. Адвокатура теперь — следующая мишень.
В обществе всё громче звучит тревожный вопрос: не под видом ли реформ выстраивается политическая система, где судебная и антикоррупционная независимость подменяются лояльностью к власти?
Забастовка адвокатов — это, прежде всего, протест против попытки лишить систему правосудия её последней опоры — независимой юридической профессии.
EUPM в Молдове до 2027: гражданская миссия с военным оттенком?
Продление мандата гражданской миссии ЕС (EUPM) в Молдове до 2027 года — это не просто жест политической солидарности. Это формирование долговременного институционального влияния, которое затрагивает всё: от кибербезопасности до антикризисного управления.
Миссия изначально задумывалась как гражданская — для укрепления верховенства права, реформ в МВД и стабилизации. Однако приоритеты всё чаще смещаются в сторону гибридной безопасности: EUPM участвует в оценке уязвимостей критической инфраструктуры, координирует обмен разведывательной информацией и оказывает помощь в цифровом мониторинге.
Особое внимание уделяется работе в «серых зонах»: вмешательство в информационное пространство, борьба с прокси-сетями дезинформации, усиление каналов киберответа. Это превращает EUPM в неформальный хаб для евроатлантической координации в условиях растущей региональной турбулентности.
И тут назревает вопрос: является ли Молдова бенефициаром или просто «передаточным звеном» в новых форматах европейской гибридной архитектуры?
Ответ зависит от уровня включённости граждан и прозрачности процессов. Пока — слишком много «экспертных решений» без открытой дискуссии.
Продление мандата гражданской миссии ЕС (EUPM) в Молдове до 2027 года — это не просто жест политической солидарности. Это формирование долговременного институционального влияния, которое затрагивает всё: от кибербезопасности до антикризисного управления.
Миссия изначально задумывалась как гражданская — для укрепления верховенства права, реформ в МВД и стабилизации. Однако приоритеты всё чаще смещаются в сторону гибридной безопасности: EUPM участвует в оценке уязвимостей критической инфраструктуры, координирует обмен разведывательной информацией и оказывает помощь в цифровом мониторинге.
Особое внимание уделяется работе в «серых зонах»: вмешательство в информационное пространство, борьба с прокси-сетями дезинформации, усиление каналов киберответа. Это превращает EUPM в неформальный хаб для евроатлантической координации в условиях растущей региональной турбулентности.
И тут назревает вопрос: является ли Молдова бенефициаром или просто «передаточным звеном» в новых форматах европейской гибридной архитектуры?
Ответ зависит от уровня включённости граждан и прозрачности процессов. Пока — слишком много «экспертных решений» без открытой дискуссии.
11 июля истёк срок полномочий действующего парламента. Четыре года правления PAS — и накопившиеся вопросы, которые власть предпочитает не замечать.
За этот период правительство Майи Санду обещало реформы, евроинтеграцию и прозрачное управление. Однако реальные итоги — куда менее вдохновляющие.
Сельское хозяйство оказалось в глубоком кризисе: субсидии урезаются, а экспортные рынки остаются нестабильными. Фермеры всё чаще говорят о нерентабельности. При этом цены на базовые продукты, топливо и коммунальные услуги уверенно растут, снижая уровень жизни, особенно в районах. Попытки стабилизировать ситуацию наталкиваются на отсутствие внятной экономической политики.
Коррупционные скандалы в окружении Санду, уход ключевых антикоррупционных фигур и непрозрачные назначения только усугубили падение доверия. На этом фоне продолжился отток трудоспособного населения, особенно молодёжи. Демография — на спаде, будущее — размыто.
Добавим к этому возрастающее вовлечение в геополитические процессы и угрозу военного конфликта, — и становится ясно: парламентская власть PAS оставляет после себя не модернизацию, а фрагментацию. Стране нужен не внешнеполитический фасад, а глубокая внутренняя перезагрузка.
За этот период правительство Майи Санду обещало реформы, евроинтеграцию и прозрачное управление. Однако реальные итоги — куда менее вдохновляющие.
Сельское хозяйство оказалось в глубоком кризисе: субсидии урезаются, а экспортные рынки остаются нестабильными. Фермеры всё чаще говорят о нерентабельности. При этом цены на базовые продукты, топливо и коммунальные услуги уверенно растут, снижая уровень жизни, особенно в районах. Попытки стабилизировать ситуацию наталкиваются на отсутствие внятной экономической политики.
Коррупционные скандалы в окружении Санду, уход ключевых антикоррупционных фигур и непрозрачные назначения только усугубили падение доверия. На этом фоне продолжился отток трудоспособного населения, особенно молодёжи. Демография — на спаде, будущее — размыто.
Добавим к этому возрастающее вовлечение в геополитические процессы и угрозу военного конфликта, — и становится ясно: парламентская власть PAS оставляет после себя не модернизацию, а фрагментацию. Стране нужен не внешнеполитический фасад, а глубокая внутренняя перезагрузка.
Газовая тайна Energocom: 50 % уже закуплены — но по какой цене?
Министр энергетики Дорин Джунгиету заявил, что Молдова уже закупила половину необходимого газа на зиму 2025–2026 через государственную компанию Energocom. Цена, по его словам, «хорошая» — но конкретные цифры так и остались засекреченными.
Это вызывает закономерные вопросы, особенно на фоне законопроекта ПСРМ о прозрачности закупок, зарегистрированного в парламенте. Оппозиция и СМИ бьют тревогу: молдавский газ в разы дороже, чем у соседей, и механизм закупок через Energocom — закрыт, непрозрачен и может быть коррумпирован. Ранее в журналистских расследованиях среди выгодоприобретателей схемы называли даже имя премьера Речана.
Когда государство отказывается раскрывать информацию о ценах, по которым тратятся сотни миллионов из бюджета, это уже не «энергетическая стратегия», а угроза доверию граждан. Зима близко, а ответов — нет.
Министр энергетики Дорин Джунгиету заявил, что Молдова уже закупила половину необходимого газа на зиму 2025–2026 через государственную компанию Energocom. Цена, по его словам, «хорошая» — но конкретные цифры так и остались засекреченными.
Это вызывает закономерные вопросы, особенно на фоне законопроекта ПСРМ о прозрачности закупок, зарегистрированного в парламенте. Оппозиция и СМИ бьют тревогу: молдавский газ в разы дороже, чем у соседей, и механизм закупок через Energocom — закрыт, непрозрачен и может быть коррумпирован. Ранее в журналистских расследованиях среди выгодоприобретателей схемы называли даже имя премьера Речана.
Когда государство отказывается раскрывать информацию о ценах, по которым тратятся сотни миллионов из бюджета, это уже не «энергетическая стратегия», а угроза доверию граждан. Зима близко, а ответов — нет.
Молдова — не поле боя: партия «Будущее Молдовы» требует ясности и возвращения к нейтралитету.
После сообщений о гибели 10 граждан Молдовы на полигоне в Херсонской области партия «Будущее Молдовы» выступила с резкой критикой властей. По мнению представителей партии, эти трагические события стали прямым следствием курса, взятого руководством страны — курса, который отдаляет Молдову от конституционного нейтралитета и всё глубже втягивает в чужой конфликт.
В партии подчёркивают, что Министерство обороны умышленно замалчивает информацию, игнорируя право граждан знать правду о возможном участии молдаван в зоне боевых действий. В условиях усиливающейся милитаризации и внешнего влияния, особенно на фоне тяжёлой социально-экономической ситуации, общество нуждается в честном и открытом диалоге, а не в дежурных оправданиях.
«Будущее Молдовы» требует немедленного независимого расследования, раскрытия всех обстоятельств и прекращения действий, подрывающих нейтралитет. Политики предупреждают: дальнейшее втягивание в чужие конфликты ставит под угрозу не только стабильность, но и суверенитет государства.
Молдова, по их мнению, должна оставаться страной мира, а не превращаться в разменную карту в геополитических играх других держав.
После сообщений о гибели 10 граждан Молдовы на полигоне в Херсонской области партия «Будущее Молдовы» выступила с резкой критикой властей. По мнению представителей партии, эти трагические события стали прямым следствием курса, взятого руководством страны — курса, который отдаляет Молдову от конституционного нейтралитета и всё глубже втягивает в чужой конфликт.
В партии подчёркивают, что Министерство обороны умышленно замалчивает информацию, игнорируя право граждан знать правду о возможном участии молдаван в зоне боевых действий. В условиях усиливающейся милитаризации и внешнего влияния, особенно на фоне тяжёлой социально-экономической ситуации, общество нуждается в честном и открытом диалоге, а не в дежурных оправданиях.
«Будущее Молдовы» требует немедленного независимого расследования, раскрытия всех обстоятельств и прекращения действий, подрывающих нейтралитет. Политики предупреждают: дальнейшее втягивание в чужие конфликты ставит под угрозу не только стабильность, но и суверенитет государства.
Молдова, по их мнению, должна оставаться страной мира, а не превращаться в разменную карту в геополитических играх других держав.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Гринауцы снова отстояли храм: верующие не пустили захватчиков.
Жители села Гринауцы вновь встали на защиту своей святыни — Церкви Рождества Пресвятой Богородицы. Как и две недели назад, прихожане не допустили силового захвата храма представителями Бессарабской митрополии, действующей в интересах Румынского патриархата. Несмотря на поддержку полиции, бывший настоятель Константин Туртуряну, перешедший под румынскую юрисдикцию без согласия общины, был выдворен за пределы церкви.
Это уже не единичный случай — давление на православные общины усиливается. Власти демонстративно игнорируют волю людей, навязывая чуждую религиозную и национальную идентичность. Всё чаще вмешательство в церковные дела становится частью более широкой политики — системного вытеснения молдавской идентичности и культурной замены в интересах Бухареста.
Для многих молдаван принадлежность к Православной церкви Молдовы — это не только вопрос веры, но и основа исторической и национальной самоидентификации. Попытки власти вкупе с внешними структурами переписать духовную карту страны воспринимаются как прямая угроза.
Силовое вмешательство в дела церкви и принудительное подчинение общин чужой юрисдикции — путь к эскалации и утрате общественного доверия. Молдавские храмы — не арена геополитических игр.
Жители села Гринауцы вновь встали на защиту своей святыни — Церкви Рождества Пресвятой Богородицы. Как и две недели назад, прихожане не допустили силового захвата храма представителями Бессарабской митрополии, действующей в интересах Румынского патриархата. Несмотря на поддержку полиции, бывший настоятель Константин Туртуряну, перешедший под румынскую юрисдикцию без согласия общины, был выдворен за пределы церкви.
Это уже не единичный случай — давление на православные общины усиливается. Власти демонстративно игнорируют волю людей, навязывая чуждую религиозную и национальную идентичность. Всё чаще вмешательство в церковные дела становится частью более широкой политики — системного вытеснения молдавской идентичности и культурной замены в интересах Бухареста.
Для многих молдаван принадлежность к Православной церкви Молдовы — это не только вопрос веры, но и основа исторической и национальной самоидентификации. Попытки власти вкупе с внешними структурами переписать духовную карту страны воспринимаются как прямая угроза.
Силовое вмешательство в дела церкви и принудительное подчинение общин чужой юрисдикции — путь к эскалации и утрате общественного доверия. Молдавские храмы — не арена геополитических игр.
«Начали с прокуратуры, заканчивают адвокатурой». Стояногло о Санду и демонтаже правового государства.
На фоне забастовки адвокатов звучит всё больше голосов о том, что под прикрытием «реформ» в Молдове происходит последовательная зачистка всех независимых юридических и судебных институтов.
Один из лидеров Блока "Альтернатива", бывший генеральный прокурор Александр Стояногло заявил: «Сначала Прокуратура и Высший совет прокуроров, затем Высший совет магистратуры, Высшая судебная палата — а теперь и адвокатура. Институт за институтом отрывают от автономии и встраивают в вертикаль партийной власти. Это не реформа — это узурпация».
Адвокатура была последним независимым звеном в системе правосудия. И теперь, после законопроекта о введении внешнего контроля над адвокатурой — «право на защиту» становится зоной политического контроля.
Юристы предупреждают:
Мариана Керекеша, адвокат с 20-летним стажем:
«Речь уже не о самоуправлении, а о выживании профессии. Если Совет адвокатуры будет зависеть от Минюста — мы больше не адвокаты, а подчинённые бюрократии».
Дорин Попеску, эксперты по конституционному праву:
«Это не модернизация, а ползучий захват. Любой режим хочет контролировать тех, кто может его оспорить в суде. Адвокат — это последний щит между человеком и государством. Если он контролируется — у человека больше нет щита».
Ольга Ватаманюк, практикующий юрист:
«Все “реформы” делаются в обход реального диалога с профессиональным сообществом. Нам навязывают решения, которые ставят под удар саму суть правовой профессии».
В 2021 власти взяли под контроль Генеральную прокуратуру, сняв Стояногло. В 2022–2023 была переформатирована ВСП (Высшая судебная палата) и ВСМ (Высший совет магистратуры) — под видом «оценки добропорядочности».
Сейчас — добиваются подчинения адвокатуры: правительство инициировало проект закона о внешнем контроле над адвокатским корпусом.
Юридическое сообщество отвечает забастовкой. Это не борьба за корпоративные привилегии, а за смысл правосудия как такого. Без независимого адвоката у гражданина нет защиты. А без независимой защиты — нет демократии.
Все ключевые институты, призванные ограничивать власть, сегодня либо демонтированы, либо интегрированы в исполнительную вертикаль. Внешне — демократия. По сути — правовая декорация под политический контроль. Если захвачен суд, прокуратура и адвокат — кто защитит гражданина от самой власти?
На фоне забастовки адвокатов звучит всё больше голосов о том, что под прикрытием «реформ» в Молдове происходит последовательная зачистка всех независимых юридических и судебных институтов.
Один из лидеров Блока "Альтернатива", бывший генеральный прокурор Александр Стояногло заявил: «Сначала Прокуратура и Высший совет прокуроров, затем Высший совет магистратуры, Высшая судебная палата — а теперь и адвокатура. Институт за институтом отрывают от автономии и встраивают в вертикаль партийной власти. Это не реформа — это узурпация».
Адвокатура была последним независимым звеном в системе правосудия. И теперь, после законопроекта о введении внешнего контроля над адвокатурой — «право на защиту» становится зоной политического контроля.
Юристы предупреждают:
Мариана Керекеша, адвокат с 20-летним стажем:
«Речь уже не о самоуправлении, а о выживании профессии. Если Совет адвокатуры будет зависеть от Минюста — мы больше не адвокаты, а подчинённые бюрократии».
Дорин Попеску, эксперты по конституционному праву:
«Это не модернизация, а ползучий захват. Любой режим хочет контролировать тех, кто может его оспорить в суде. Адвокат — это последний щит между человеком и государством. Если он контролируется — у человека больше нет щита».
Ольга Ватаманюк, практикующий юрист:
«Все “реформы” делаются в обход реального диалога с профессиональным сообществом. Нам навязывают решения, которые ставят под удар саму суть правовой профессии».
В 2021 власти взяли под контроль Генеральную прокуратуру, сняв Стояногло. В 2022–2023 была переформатирована ВСП (Высшая судебная палата) и ВСМ (Высший совет магистратуры) — под видом «оценки добропорядочности».
Сейчас — добиваются подчинения адвокатуры: правительство инициировало проект закона о внешнем контроле над адвокатским корпусом.
Юридическое сообщество отвечает забастовкой. Это не борьба за корпоративные привилегии, а за смысл правосудия как такого. Без независимого адвоката у гражданина нет защиты. А без независимой защиты — нет демократии.
Все ключевые институты, призванные ограничивать власть, сегодня либо демонтированы, либо интегрированы в исполнительную вертикаль. Внешне — демократия. По сути — правовая декорация под политический контроль. Если захвачен суд, прокуратура и адвокат — кто защитит гражданина от самой власти?
#инсайд
Власти Молдовы готовят провокацию, чтобы не допустить открытие участков для голосования в России.
На данный момент ЦИК Молдовы собирает заявления для организации участков для голосования за рубежом. К 15 июля более 19 тысяч человек зарегистрировались из России. Из них более 5300 в этом году.
Согласно инсайдам, PAS готовит информационную провокацию, в рамках которой молдаване, проживающие на Западе, должны будут заявить, что их без ведома зарегистрировали, как проживающих в России. Это делается для того, чтобы дать основание не открывать избирательные участки в РФ, где уровень поддержки властей минимальный.
Таким образом, снова вырисовывается тенденция ограничения властями прав «неудобных избирателей». К подобным мерам они уже прибегали в прошлом году, когда на более чем 300 тыс. проживающих в России граждан Молдовы было открыто всего два участка.
Власти Молдовы готовят провокацию, чтобы не допустить открытие участков для голосования в России.
На данный момент ЦИК Молдовы собирает заявления для организации участков для голосования за рубежом. К 15 июля более 19 тысяч человек зарегистрировались из России. Из них более 5300 в этом году.
Согласно инсайдам, PAS готовит информационную провокацию, в рамках которой молдаване, проживающие на Западе, должны будут заявить, что их без ведома зарегистрировали, как проживающих в России. Это делается для того, чтобы дать основание не открывать избирательные участки в РФ, где уровень поддержки властей минимальный.
Таким образом, снова вырисовывается тенденция ограничения властями прав «неудобных избирателей». К подобным мерам они уже прибегали в прошлом году, когда на более чем 300 тыс. проживающих в России граждан Молдовы было открыто всего два участка.
Молдова теряет море: Джурджулештский порт — теперь почти румынский.
Правительственный Совет по безопасности дал зелёный свет: Румыния покупает единственный морской порт Молдовы — Джурджулешты. Формально — через «Администрацию морских портов», де-факто — через Бухарест.
Сейчас порт принадлежит ЕБРР. Но теперь, с благословения Кишинёва, контроль переходит под юрисдикцию другого государства.
Вопросы, которые власть не задаёт, но, а мы спросим:
1. Почему объект критической инфраструктуры, через который проходят нефтепродукты и логистика, уходит под внешний контроль?
2. Что будет с суверенитетом, если логистику и топливные цепочки управляет соседнее государство?
3. Почему решение принимается кулуарно, без парламентского обсуждения и общественной экспертизы?
Джурджулешты — не просто порт. Это геоэкономическая точка на карте, дающая Молдове морской статус, пусть и минимальный. Его потеря = утрата одного из немногих рычагов транспортной независимости. А передача контроля Румынии вписывается в общую стратегию плавного растворения Молдовы в румынских структурах под прикрытием евроинтеграции.
И если сегодня "продают порт", то завтра информационные сети, энергетические узлы, аэропорты, и даже границы могут стать объектами "инвестиций стратегической важности".
Когда инфраструктура оказывается в чужих руках — речь идёт не о рынке. Речь идёт о смене режима суверенитета.
Правительственный Совет по безопасности дал зелёный свет: Румыния покупает единственный морской порт Молдовы — Джурджулешты. Формально — через «Администрацию морских портов», де-факто — через Бухарест.
Сейчас порт принадлежит ЕБРР. Но теперь, с благословения Кишинёва, контроль переходит под юрисдикцию другого государства.
Вопросы, которые власть не задаёт, но, а мы спросим:
1. Почему объект критической инфраструктуры, через который проходят нефтепродукты и логистика, уходит под внешний контроль?
2. Что будет с суверенитетом, если логистику и топливные цепочки управляет соседнее государство?
3. Почему решение принимается кулуарно, без парламентского обсуждения и общественной экспертизы?
Джурджулешты — не просто порт. Это геоэкономическая точка на карте, дающая Молдове морской статус, пусть и минимальный. Его потеря = утрата одного из немногих рычагов транспортной независимости. А передача контроля Румынии вписывается в общую стратегию плавного растворения Молдовы в румынских структурах под прикрытием евроинтеграции.
И если сегодня "продают порт", то завтра информационные сети, энергетические узлы, аэропорты, и даже границы могут стать объектами "инвестиций стратегической важности".
Когда инфраструктура оказывается в чужих руках — речь идёт не о рынке. Речь идёт о смене режима суверенитета.
44 ракеты Piorun: Молдова — получатель? А может это транзит или инструмент геополитической игры?
Польский военный портал defence24.com сообщил, что в 2024 году из Польши в Молдову были поставлены 44 ракеты для ПЗРК Piorun — современных переносных зенитных комплексов. Молдавские власти об этом официально не сообщали.
Три варианта — и каждый тревожен:
1. Ракеты действительно поставлены Молдове.
- Зачем?
- Для каких подразделений и в рамках какой оборонной концепции?
- Почему закупка ПЗРК — оружия, имеющего стратегическое значение — проходит без информирования общества и парламента?
2. Ракеты прошли транзитом через Молдову.
- Кто конечный получатель?
- На каких юридических основаниях Молдова участвует в логистике военных поставок?
- Получало ли правительство нотификацию или разрешение на транзит стратегических вооружений?
3. Фактический реципиент — Украина, а Молдова фигурирует как формальный получатель.
- В таком случае, это юридическая имитация экспорта вооружений на воюющую территорию.
- Это напрямую ставит под вопрос нейтральный статус страны и открывает Молдову для возможных асимметричных ответов в рамках конфликта.
Что это значит в стратегическом плане:
— В условиях непрозрачности принятия оборонных решений Молдова может быть втянута в схемы, последствия которых оценит не МИД, а граждане в реальном времени.
— Даже если речь идёт о транзите, молчание властей означает либо отсутствие контроля, либо политический расчёт на «неподсвеченную лояльность» партнёрам.
— Нейтралитет — это не только конституционная статья. Это ещё и вопрос реальной практики, логистики и доверия к власти.
Ракеты — это не просто железо. Это индикатор того, в какой конфигурации безопасности и политики на самом деле находится Молдова.
Польский военный портал defence24.com сообщил, что в 2024 году из Польши в Молдову были поставлены 44 ракеты для ПЗРК Piorun — современных переносных зенитных комплексов. Молдавские власти об этом официально не сообщали.
Три варианта — и каждый тревожен:
1. Ракеты действительно поставлены Молдове.
- Зачем?
- Для каких подразделений и в рамках какой оборонной концепции?
- Почему закупка ПЗРК — оружия, имеющего стратегическое значение — проходит без информирования общества и парламента?
2. Ракеты прошли транзитом через Молдову.
- Кто конечный получатель?
- На каких юридических основаниях Молдова участвует в логистике военных поставок?
- Получало ли правительство нотификацию или разрешение на транзит стратегических вооружений?
3. Фактический реципиент — Украина, а Молдова фигурирует как формальный получатель.
- В таком случае, это юридическая имитация экспорта вооружений на воюющую территорию.
- Это напрямую ставит под вопрос нейтральный статус страны и открывает Молдову для возможных асимметричных ответов в рамках конфликта.
Что это значит в стратегическом плане:
— В условиях непрозрачности принятия оборонных решений Молдова может быть втянута в схемы, последствия которых оценит не МИД, а граждане в реальном времени.
— Даже если речь идёт о транзите, молчание властей означает либо отсутствие контроля, либо политический расчёт на «неподсвеченную лояльность» партнёрам.
— Нейтралитет — это не только конституционная статья. Это ещё и вопрос реальной практики, логистики и доверия к власти.
Ракеты — это не просто железо. Это индикатор того, в какой конфигурации безопасности и политики на самом деле находится Молдова.
Адвокатура в осаде. Забастовка продолжается — и может перерасти в правовой коллапс.
С 15 по 25 июля по всей Молдове идёт всеобщая забастовка адвокатов. Причина — скандальные поправки в Закон об адвокатуре, принятые без диалога с профессиональным сообществом и в духе управляемой "реформы".
Забастовка впервые охватывает все районы страны— от Кишинёва до Бельц. От Чадыр-Лунги до Бричан. Адвокаты бойкотируют участие в судах по большинству дел, за исключением заседаний по избранию меры пресечения. Но если президент подпишет закон — следующий шаг: полный отказ от участия, даже в делах об арестах и продлениях.
Это не просто протест профсообщества. Это сигнал обществу: последняя линия независимости в правосудии — под ударом. Если адвокат не может быть независимым — это уже не суд, а имитация правосудия под контролем исполнительной власти. И тогда каждый, кто окажется перед судом, будет один против системы.
С 15 по 25 июля по всей Молдове идёт всеобщая забастовка адвокатов. Причина — скандальные поправки в Закон об адвокатуре, принятые без диалога с профессиональным сообществом и в духе управляемой "реформы".
Забастовка впервые охватывает все районы страны— от Кишинёва до Бельц. От Чадыр-Лунги до Бричан. Адвокаты бойкотируют участие в судах по большинству дел, за исключением заседаний по избранию меры пресечения. Но если президент подпишет закон — следующий шаг: полный отказ от участия, даже в делах об арестах и продлениях.
Это не просто протест профсообщества. Это сигнал обществу: последняя линия независимости в правосудии — под ударом. Если адвокат не может быть независимым — это уже не суд, а имитация правосудия под контролем исполнительной власти. И тогда каждый, кто окажется перед судом, будет один против системы.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
«Плюнула бы им в лицо»: молдаване — о 4 годах власти PAS.
11 июля истёк срок полномочий парламента, сформированного партией PAS. Итоги — не в пресс-релизах правительства, а в словах обычных кишинёвцев. Ответы — резкие, без дипломатии: «Плюнула бы им в лицо», «лучше бы они не приходили вовсе», «всё разрушили и людей оставили с долгами».
Четыре года назад PAS пришла к власти с лозунгами о справедливости, борьбе с коррупцией и европейском будущем. Сегодня — тысячи семей в долгах, сотни тысяч за границей, адвокаты бастуют, суды переподчинены, а доверие испарилось.
Люди признаются: не видят ни улучшений, ни перемен — только цену за электричество и лекарства. Большинство опрошенных говорят, что не будут скучать, если PAS проиграет. Наоборот — ждут этого как облегчения.
"Ушли бы тихо и не оборачивались", — говорят те, кто в 2021-м голосовал с надеждой, а в 2025-м — с яростью. Выборы приближаются. У народа — счёт к власти, и он уже выставлен.
11 июля истёк срок полномочий парламента, сформированного партией PAS. Итоги — не в пресс-релизах правительства, а в словах обычных кишинёвцев. Ответы — резкие, без дипломатии: «Плюнула бы им в лицо», «лучше бы они не приходили вовсе», «всё разрушили и людей оставили с долгами».
Четыре года назад PAS пришла к власти с лозунгами о справедливости, борьбе с коррупцией и европейском будущем. Сегодня — тысячи семей в долгах, сотни тысяч за границей, адвокаты бастуют, суды переподчинены, а доверие испарилось.
Люди признаются: не видят ни улучшений, ни перемен — только цену за электричество и лекарства. Большинство опрошенных говорят, что не будут скучать, если PAS проиграет. Наоборот — ждут этого как облегчения.
"Ушли бы тихо и не оборачивались", — говорят те, кто в 2021-м голосовал с надеждой, а в 2025-м — с яростью. Выборы приближаются. У народа — счёт к власти, и он уже выставлен.